Аборт в порядке очереди

910

Мы сидели оробевшие и притихшие в больничном коридоре, напоминая птах, устроившихся в рядок на проводе. Все молчали. Из операционной доносились уверенные команды: «Равняйсь! Смирно!» А потом оттуда на каталке вывезли хрупкую девушку. Неужели это она так командовала под наркозом?

За пугающей дверью орудовала Маргарита Абортовна — так звали её пациентки. На самом деле она Альбертовна. И она хороший специалист. В своей сфере. Но вот человеческие качества уступают профессиональным. Такое чувство, что для неё человек не больше, чем орган, на котором она специализируется. Доктор даже не стесняется называть пациенток этим самым местом.

За последние несколько дней (и месяцев) я много чего пережила: осложнение долгожданной беременности на раннем сроке, сохраняющая терапия сначала в одной больнице, потом в другой. Три месяца не была дома. Какое-то время почти не вставала. Медсёстры, видя мои исколотые вены, даже осмеливались робко предложить прервать, наконец, эту беременность… У них не было шансов! Я готова была стерпеть всё ради малыша. И вот, наконец, меня пообещали отпустить к семье на новогодние праздники. А перед этим сделали УЗИ. Результаты были шоком и для меня, и для врачей. Мой ребёнок был мёртв. Мой долгожданный малыш, которому я каждый день пела колыбельные…

А до нового года оставались считанные дни. Нужно было медикаментозно вызвать роды, чтобы избежать последствий разложения плода. Заведующая отделением патологии договорилась, чтобы меня приняли в более-менее сносном гинекологическом отделении. Мне хотелось плакать, но врачи запретили: нельзя, чтобы поднималось давление, а то увезут на скорой в другую больницу. Мне же нужно было благополучно дождаться утра следующего дня.

В больнице у сотрудников было предпраздничное настроение. При поступлении меня заставили расписаться в том, что я удовлетворена качеством оказанных услуг. «Как же так?» — начала я. «Молчи и расписывайся». Я была в каком-то оцепенении, везде расписалась, всё снесла. Вместе со мной в больницу поступала молодая женщина с характерно опухшим лицом, которая пришла на прерывание беременности по социальным показаниям. Она всё удивлялась, почему в прошлый раз быстро всё получилось, а в этот раз какие-то уколы делают, чтобы схватки вызвать. А у неё срок уже такой был, что животик выпирал…

В смотровой меня швырнули на кресло, покрытое испачканной чьей-то кровью тканью… Потом были уколы, схватки, боль, отошли воды, открылось кровотечение. Дежурная врач отправилась домой мыться, и мне пришлось бежать в ординаторскую ловить тех врачей, которые ещё не успели уйти. Я подошла к двери, а они дружной толпой вывалились мне навстречу. Я говорю: «У меня кровотечение». Врач (парень молодой) чертыхнулся, пришлось части компании возвращаться. Они так торопились, что не стали дожидаться анестезиолога…

В ответ на мой вопрос о поле ребёнка я выслушала ещё одно ругательство. Я чувствовала себя никому не нужной обузой. И только помощница подоспевшего, наконец, анестезиолога гладила меня по руке, приговаривая: «Потерпи, милая». Делать мне чистку допустили практикантку… Потом я отключилась.

На следующий день врачи отводили от меня глаза: Абортовна — потому, что ушла домой в рабочее время, оставив меня на волю случая; тот молодой врач — потому, что был груб (решил, наверно, что я та самая алкоголичка, которой тоже вызывали роды), потому что не послушался моего совета (когда я упомянула о своих анатомических особенностях), сказав, что без сопливых солнце светит, потому что подпустил ко мне практикантку, которая не смогла качественно провести операцию. В результате потребовалась повторная чистка. Сколько всего довелось мне перенести в попытках стать мамой… И вот я в больничном коридоре в очереди в тот самый кабинет… Жду повторного выскабливания.

Вдруг к нам обратилась бабушка-санитарочка: «Что же вы так, девочки?» Она знала, кто обычно сидит в этом коридорчике и куда эта очередь. Молодая смуглая женщина справа от меня ответила c лёгким акцентом: «Так ведь третьего жду. Как прокормить-то?» Кто-то ещё отреагировал. Другие молчали. Удивительно, во мне не было презрения к ним, осуждения. Я просто остро ощутила абсурдность ситуации, когда в очереди в один кабинет сидят те, кто пришёл избавиться от ребёнка, и те, кто больше всего на свете мечтает стать мамой… А бабушка, улыбнувшись, сказала: «Если Бог дал ребёночка, даст и хлебушка для ребёночка».

И столько было доброты в этой старушке и внутреннего света! Я подумала, что, может, именно через неё Бог снова обращается к этим несчастным детоубийцам. Ведь было ещё не поздно…

Иногда мы говорим деткам: «Подожди, мне некогда. Сейчас не до тебя». А женщины из очереди говорили это тем, кто находился у них под сердцем. И подтверждали делом…

Аборт — это эгоизм. Ты мне неудобен. Не сейчас. Не до тебя. О, сколько я повидала разных женщин, делавших аборт! Одна сказала: «Я делала аборты до рождения дочки. Но теперь, когда у меня есть Настенька, мне страшно представить, сколько других Настенек я лишила жизни! Я больше никогда не смогу прервать беременность».

Другая мамаша, уже имеющая дочку и беременная от любящего мужа, пошла на аборт, даже не сообщив супругу о том, что беременна. Ей пообещали престижную работу. Беременность не входила в её планы. Никакие мои слезливые стишки и доводы не работали. Она смеялась мне в лицо. И пошла на аборт с холодным расчётом.

Ещё одна женщина (верующий, между прочим, человек) говорит об абортах так, как иные говорят о посещении парикмахера: «Я сходила к хорошему врачу. Она умничка: всё всегда делает чётко, аккуратно».

Какие все разные! Но общее — то, что себя мы любим больше, чем маленькую жизнь, данную Богом, и Самого Бога. Он ясно сказал: «Не убивай». А что творится вокруг? Настоящие человеческие жертвоприношения! Дети приносятся в жертву нашему «эго». У этого «эго» есть тысячи самых, казалось бы, благовидных прикрытий (надо учиться, зарабатывать, других детей поднимать, не хочу нищету плодить, жить негде и т. д., и т. п.)

А знаете ли вы, как много женщин мечтают о детях, но не могут их родить?! Знаете ли вы, как много есть тех, кто окружит ваше дитя любовью, если вы родите его и подарите им?! Жалко? Снова эгоизм! Не хотите, чтобы соседи и друзья видели вас беременной? Снова забота о себе, о собственной репутации. Подумайте об этом. Не бывает безвыходных ситуаций! Бывают ситуации, выход из которых мы ищем без Бога. А что если довериться Ему и решить во что бы то ни стало не становиться убийцей, не идти «лёгким» путём? «Испытайте Меня», — говорит Господь.

Елена Кудинова

Газета «Сокрытое Сокровище» июнь 2020 г.