Это мы, Господи!

686

Эти строки о картине «Это мы, Господи!» и ее авторе – Борисе Михайловиче Неменском, народном художнике России, академике Российской Академии художеств и Российской Академии образования, лауреате Государственных премий СССР и России, японской премии «Сакура».

С 1994 года Борис Неменский возглавляет Центр непрерывного художественного образования при Московском комитете образования.

Б. М. Неменский родился в 1922 году в г. Москве. Вместе с родителями эвакуировался в начале войны в г. Саратов. Там, в 1942 г. окончил художественное училище и был рекомендован на фронт в Студию военных художников имени
М. Б. Грекова.

Его первая командировка в начале 1943 года по местам боевых действий в г. Великие Луки дала богатый материал для повседневных зарисовок и будущего творчества. В землянках он впервые увидел, как на фронте читают письма – это впечатление легло в основу картины «О далеких и близких». За эту картину художник получил свою первую Госпремию СССР, она и много его других картин находятся в Третьяковской галерее. После войны Неменский окончил художественный институт им. В. И. Сурикова.

Борис Михайлович вспоминает: «По дороге к Великим Лукам, где шли тяжелые бои, я шел пешком, с полной выкладкой солдата-художника. Шел долго, устал. Присел на какой-то, как мне показалось, покрытый снегом пенек подкрепиться сухариками. И вот смотрю – что-то рядом от ветерка колышется, будто трава. Но трава зимой так не колеблется. Она замерзает. И меня вдруг пронзило – это волосы. Оказалось, я сел… на труп немца. Я его перевернул – молодой парень, моего возраста. И даже на меня похожий. Несколько часов тому назад он был человеком. Живым. Фашистом? Это был мой первый фронт и первый враг, увиденный лицом к лицу. Этот случай через несколько лет после войны вдруг всплыл в моей памяти с поразительной ясностью и лег в основу будущей картины “Это мы, Господи!”».

По воспоминаниям очевидцев, в начале войны для многих фронтовиков убийство было нравственной проблемой. Не всем поначалу легко было стрелять в человека. Многие думали, что и враги – не какие-то там фашисты, а простые немецкие парни, – увидев таких же не жаждущих кровопролития наших парней, бросят оружие. Это потом, глядя на колодцы, доверху наполненные трупами земляков, сожженные и уничтоженные деревни, села и города, советский солдат «научится» ненавидеть и бить фашистов. А вот один из эвакуированных  в Среднюю Азию старых евреев, у которого всю семью уничтожили фашисты, после прослушивания сводок информбюро о большом числе уничтоженных немцев …плакал. Окружавшие его очевидцы удивлялись, а он объяснял, что Бог наверху еще больше плачет о своих непослушных детях. И немцы, и русские, и евреи – все Божьи дети! Отец Небесный всех нас любит и жалеет.

Вот также и художник Борис Неменский в картине «Это мы, Господи!», как бы оплакивает двух юных солдат – русского и немца. На весенней, глинистой, еще не зазеленевшей травой земле лежат два убитых в рукопашной схватке парнишки-солдаты. Он изобразил их лежащими совсем рядом, голова к голове, словно безымянная высота.

Для 60-х годов сюжет был очень смелым. Искусствоведы и журналисты упрекали художника в пацифизме и формализме. Разве можно показать советского солдата убитым? Да еще и лежащим рядом с фашистом! Такой сюжет никто не решался изображать.

Картину запретили, художнику пришлось демобилизоваться в чине майора.
Работая вольным художником в течение 30 лет, Неменский создал пять интерпретаций картины. И у каждого варианта своя история. Один из них закупило правительство Германии, другой находится сейчас в Японии. Первый вариант был уничтожен художником как не удавшийся. Первоначально картина называлась «Безымянная высота», но последний вариант был назван «Это мы, Господи!» и показан на выставке «Приглашение к диалогу» в 2003 году.

В книге «Познание искусством» Борис Михайлович пишет: «…были мучительные раздумья о подлинной сути этой войны и войны вообще, о месте этих двух солдат в ней – в жизни, в смерти, в борьбе. Для меня не было сомнения в нравственной правоте борьбы русского солдата, в нравственной неправоте немецкого, но я не мог внутренне смириться с тем, что он просто заслуженно получил… При распаде Советского Союза так много проявилось национализма со стороны, казалось бы, самых мудрых наций, их интеллигенции, их молодежи.

«Эта земля только наша из века в век, а все остальные – пришельцы и должны сгинуть». И снова столько убитых – совсем юных… Поэтому последний вариант картины, написанный во время этих трагических событий 90-х годов, повернулся в сторону нравственной ответственности всех людей. И, соответственно, изменилось название вещи. От спокойного «Безымянная высота» к более активному обращению… к Богу? А к кому же, через кого еще обратиться к своим современникам, если они не слышат боль людскую, если не хотят учиться у своей истории? Как сделать, чтобы услышали? Или все тщетно? Хотя понятно: если бы не верил, что услышат, – не писал бы. Может быть, наивно, но верую. Верую! Да, это мы, Господи, – и виновные, и жертвы».

Борис Михайлович Неменский увидел проблему человеческого противостояния: фашисты – коммунисты, европейцы – американцы, католики – протестанты, мусульмане – христиане, красные – белые, верные – неверные и т. д. Доколе длиться этой братоубийственной бойне? Живописное полотно «Это мы, Господи!» оказалось актуальным выражением и решением этой проблемы. Б. М. Неменский утверждает, что враги – братья. Да, братья! Как сказано в Писании: «Любите врагов ваших, благословляйте проклинающих вас и молитесь за обижающих вас и гонящих вас» (Матфея 5:44). Два юных паренька с картины художника оказались жертвами чьих- то политических амбиций.

Господи! Прости нас, грешных, за все идеологии, неугодные в Твоих очах!

Л. А. Слагаева, кандидат педагогических наук