УРОКИ ОЛИМПИЙСКИХ ИГР

638

 

 История древнегреческих Олимпийских Игр берет свое начало в 776 г. до н.э. Игры проводились каждые четыре года на протяжении более чем 1000 лет. Лишь в 393 г. до н.э. Олимпийские Игры преданы забвению после того, когда христианский император Феодосий I распорядился уничтожить все остатки языческих культов. Религиозные церемонии, посвященные поклонению Зевсу и другим древнегреческим богам, занимали существенную часть пятидневного периода игр, что стало одной из основных причин их запрета христианами.

У греков религия не была отделена от государства, и не существовало четких границ между духовным и светским началами. Отсутствовали также какие бы то ни было противоречия между почитанием древних богов и яростным соревновательным духом игр, составлявших лишь часть религиозного фестиваля.

Только победа могла принести истинную славу. Сам факт участия не считался заслугой. Поражение было сопряжено с непреходящим позором. При этом не быть первым означало проигрыш. В древних спортивных играх отсутствовало второе или третье место, как это заведено в наши дни. Именно поэтому участники молили о победном венце или о смерти. Основной лозунг греческих атлетов:“всегда будь первым и превзойди другого”.

Каждые четыре года атлеты собирались на Олимпе, холмистой местности в греческой провинции Элис. После торжественного открытия Игр, на следующий день устраивались забеги колесниц. Одновременно проводились соревнования по пятиборью, во время которых спорстмены, придерживавшиеся строгих и специфических правил, метали диск, копье, боролись, участвовали в забеге на 200 метров и соревновались в прыжках в длину с места.

В утренние часы четвертого дня Олимпиады атлеты участвовали в забегах на разные дистанции: 200, 400 и 4800 метров. Три самых жестоких и волнующих вида состязаний, как правило, откладывались на обеденное время – борьба, бокс и панкратион (комбинация бокса, борьбы и ударов ногами).

В состязаниях по борьбе опуститься три раза на согнутые колени означало поражение. Правилами запрещалось кусать и щипать соперника, а в остальном не существовало никаких ограничений. Это были достаточно кровавые зрелища, где смерть расценивалась лишь как один из возможных рисков и закономерных опасностей.

Все победители Олимпийских игр получали в награду олимпийский венок, который символизировал ветви священного оливкового дерева. Они также были вознаграждаемы в своих городах и поселениях, откуда были родом, где в их честь устраивались праздничные встречи, пиршества и триумфальные процессии. Часто в городской стене родного города атлета увековечивалось его изображение. Поэты же слагали хвалебные оды о его достижениях.

В то время как большинство населения приветствовало Игры, представители узкого круга интеллектуалов и философов выступали с открытой критикой. Критика основывалась на двух положениях. Прежде всего, она касалась правильности и уместности прославления спортсменов, когда телесные достоинства человека ставились выше его умственных способностей и духовных качеств. В соответствии с другим взглядом, энтузиазм по поводу олимпийских Игр и их победителей отвлекал внимание от истинных нужд и проблем общества.

Так великий древнегреческий философ Аристотель предупреждал: “Привычки атлета, направленные на укрепление собственного тела, не только не несут в себе никакой пользы для гражданской жизни, но и не способствуют пропаганде здоровья и правильного воспитания детей… Некоторое количество усилий, безусловно, необходимо для развития таких привычек, но они не должны быть ни неистовыми, ни специфическими, как это имеет место в случае с атлетом. Вместо этого усилия должны носить более общий характер, и их следует направлять на разнообразные виды деятельности свободного человека”.

Среди философов были и те, кто пытался встать на защиту атлетов. Пиндар, великий поэт-лирик, полагал, что дисциплина и физическая выносливость, которыми обладают атлеты, это отражение их внутреннего благородства и богатства души.

Апостол Павел, хотя и не одобрял традиций древнегреческих Олимпийских игр, все же использовал их в качестве средства для выражения некоторых христианских принципов и положений. Он, как и Пиндар, был покорен единством целей, настойчивостью и потрясающей выносливостью, которую демонстрировали атлеты, и  ссылался на эти качества в своих посланиях: “Не знаете ли, что бегущие на ристалище бегут все, но один получает награду? Так бегите, чтобы получить” (1 Коринфянам 9:24).

Вместе с тем, он считал, что цель должна представлять собой нечто более возвышенное, нежели просто стремление к собственной славе и возвеличиванию, символизируемому “тленным” лавровым венцом: «Все подвижники воздерживаются от всего: те для получения венца тленного, а мы – нетленного. И потому я бегу не так, как на неверное, бьюсь не так, чтобы только бить воздух; но усмиряю и порабощаю тело мое, дабы, проповедуя другим, самому не остаться недостойным» (1 Коринфянам 9:25). Цель христианина, как писал Павел, заключена в “вечной жизни, к которой ты и призван” (1 Тимофею 6:12), “к почести вышнего звания Божия во Христе Иисусе” (Филиппийцам 3:14).
В стремлении к этой цели, однако, предупреждает Павел, неправильно было бы соревноваться с другими, но вместе с другими должно стремиться к ней, “взирая … на совершителя веры, Иисуса” (Евреям 12:2). Люди не должны делать что-либо “по любопрению или тщеславию, но по смиренномудрию почитать один другого высшим себя” (Филиппийцам 2:3). Вместо того чтобы сравнивать себя с другими, нам подобает стоять “в одном духе, подвизаясь единодушно за веру евангельскую” (Филиппийцам 1:27), почитая друг друга превыше себя.
Очень важно, что Бог не рассматривается как покровитель наших сил и успехов, но как их источник. Павел писал, “мы Им живем и движемся и существуем” (Деяния Апостолов 17:28). Успех не зависит ни от человеческого желания, “ни от желающего и подвизающегося, но от Бога милующего” (Римлянам 9:16), поэтому мы можем все “в укрепляющем Иисусе Христе” (Филипийцам 4:13).

Таким образом, в противовес греческим традициям, Павел показывает человеку действительно великие цели, которые стоят того, чтобы приложить для их достижения большие усилия. Стремясь к этой высшей цели, мы полностью полагаемся на Бога как на источник энергии и сил, воздавая Ему хвалу за свои успехи, когда совершаем дела свои вместе с другими людьми и во имя других людей, а не против них.

Эзоп, древний философ-баснописец, живший в IV веке до н. э. однажды повстречал хвастливого победителя в одном из спортивных единоборств. Эзоп спросил атлета, был ли его соперник более сильным? “Не говори так, – ответил атлет. – Моя сила оказалась более внушительной”. “Простак, – ответил Эзоп, – какую славу ты добыл, когда, будучи сильным, победил заведомо слабого человека? Можно было бы стерпеть твое самовосхваление, если бы ты признался, что одержал верх над человеком, превосходящим тебя в физической силе.”

В этом диалоге Эзоп указывает на иррациональную основу человеческих состязаний. Апостол Павел возносит нас над таким образцом поведения и призывает положиться на вечные руки Божественной силы, тем самым давая нам возможность подняться самому и поднять ближнего своего на вершины доселе невиданные.

Д. Ниман