Суд Божий

773
Эту историю мне рассказал мой друг, пастор Владимир из города К., Казахстан. В 1964 году мой отец, христианский пастор, был осуждён на пять лет ссылки в Тургайской области Казахстана. Семья отправились вместе с ним. Не стоит рассказывать о всех лишениях, с которыми мы тогда столкнулись, — многие наши пасторы, у которых в паспорте стояла отметка «ссыльный», знают, что это значит. На работу не устроиться. Живи, как знаешь. Но вот что с нами произошло.
Мы тогда жили все вместе в маленькой двухкомнатной квартирке — в бараке. Соседям по бараку тоже приходилось нелегко. «Как думаешь выживать?» — спросил как-то отца один из наших соседей, Иван — тоже ссыльный, но после тюрьмы — он был рецидивист. «Бог не оставит, — отвечал отец, — купим корову, а, даст Бог, две, молоко для детей будет, творог — перезимуем». И то ли уверенность отца задела этого человека, то ли завидно ему стало. У самого у него и скотина была, и работа — успел уже обжиться. В общем, невзлюбил он нас тогда.
Отец действительно купил двух коров — помогли родственники. И семье было сытно. Но вот проходит немного времени — и падает одна корова. Вызвали ветеринара — тот говорит, что отравили. Остались мы с одной коровой. Но через неделю и с нею то же самое происходит.
И остались дети без молока и без еды — а нас восемь детей, мал мала меньше. Отцу очень тяжело было. Собрал он тогда всех соседей и говорит им: «Я не знаю, кто это сделал. И не собираюсь ни искать, ни мстить. Но есть Бог, и я предаю суд в Его руки. Тот, кто сделал это, — держись». И всё.
И вот, сосед наш, Иван, стал с тех пор как пришибленный. А хозяйство у него прямо на глазах развалилось: лошадь волки загрызли, телёнок в болоте утонул, у коз ноги свело и пасти их стало невозможно, куры передохли.
А Господь, тем временем, обильно нас благословил. Отец стал рыбачить — и очень успешно, разбил огородец — и все только диву давались, как на нём всё растёт. И зиму мы пережили, и ещё на покупку скотины собрали. И уж не боялись, что её теперь кто-нибудь отравит. А сам Иван, хоть и не признался напрямую в том, что сделал, зато всем говорил: «Вот этих верующих не троньте. А то Николай про кого скажет, того Бог осудит».